Дэн хармон

Структура истории 101
3 и 4 части

Структура истории 103: Давайте проясним
Автор: Дэн Хармон, 2013 год
Перевод: Евгения Руссиян, Оригинал
Часть 1 и 2
Вот те самые шаги из руководства 101, сокращенные до языкового минимума:

  1. Когда вам
  2. что-то нужно,
  3. вы куда-то отправляетесь,
  4. ищете нужное,
  5. находите его,
  6. присваиваете,
  7. потом возвращаетесь
  8. и что-то меняете.

Меньше внимания грамматике, больше – смыслу :

  1. Вам
  2. Нужно
  3. Идти
  4. Искать
  5. Найти
  6. Присвоить
  7. Вернуться
  8. Измениться

Звучит так, будто пещерный человек пытается отдавать вам команды. Но так и есть. За (и ниже его) вашим культурообразующим передним мозгом лежит древний, рудиментарный мозг обезьяны с существенно меньшим словарным запасом и громким голосом. Одна из немногих вещей, которую он вновь и вновь пытается вам сказать, – что вам нужно отправиться на поиски, найти, обрести нужное и вернуться изменившимся. Почему? Потому что так животное «человек» спаслось от исчезновения, так человеческие общества остаются целыми, и так вы сдерживаете себя, чтобы не пойти в McDonald's с автоматом.

Если вас наняли писать сценарий для расы высокоразвитых пауков, вы можете обнаружить, что они предпочитают более линейную модель. В паучьей версии Джека и бобового стебля Джек мог свить собственный бобовый стебель, найти наверху сэндвич, немножко съесть и оставить остальное на потом. Конец. Нас это не особо воодушевляет. Нам нравятся круги. Мы любим большие круги и маленькие, и в ситуации выбора мы предпочитаем плохой вместо никакого; и, пока вы не пишете для других видов, вам стоит держаться кругов.

Джек забирается на бобовый стебель, Джек находит какие-то ништяки, Джек ворует их, спускается и отдает своей маме.

Нам нужно отправиться на поиски – нам нужно добыть огонь, нам нужна женщина/мужчина, нам нужно высадиться на Луне, – но что самое важное, нам нужно ВЕРНУТЬСЯ и нам нужно ИЗМЕНИТЬСЯ, потому что мы – общество, и если бы наши герои только карабкались по бобовым стеблям и никогда не возвращались обратно, мы не пережили бы и первого ледникового периода.

Я знаю, что вы до сих пор не верите, что это имеет отношение к пятиминутному эпизоду «Лазерного пука». Держитесь. Все впереди.
Структура истории 104: Сочные детали
Автор: Дэн Хармон, 2013 год
Перевод: Евгения Руссиян
Оригинал
Джозеф Кэмпбелл был сравнительным мифологом, а не гуру банальной сценаристики. Тем не менее вот он я, Дэн Хармон, почувствовавший, что главы из известного кэмпбэлловского мономифа, или «пути героя», впишутся в мой круг.

Окей, это та часть, где самоназванный гуру говорит вам, что в точности должно случиться и когда.

Надеюсь, я уже вам объяснил, что РЕАЛЬНАЯ структура любой хорошей истории – круговая: нисхождение в неизвестное и возвращение в конце, а все дополнительные описания этого процесса зависят уже от вас и вашей истории.

Вот мое детальное описание стадий круга. Я буду очень скрупулезным и не стану повторять, что «этому есть исключения». Исключения есть для всего, но это уже стиль, а не структура.

  1. Вам (персонажи в зоне комфорта)
  2. Нужно (им что-то нужно)
  3. Идти (попадают в незнакомую ситуацию)
  4. Искать (адаптируются)
  5. Найти (отыскивают желаемое)
  6. Присвоить (расплачиваются за это)
  7. Вернуться (идут к исходной точке)
  8. Измениться (теперь способны к переменам)
1. «Вы» – ОПРЕДЕЛИТЕ ПРОТАГОНИСТА
Аудитория свободно плывет, пока вы не укажете ей землю.

Этот эффект свободного плавания можно ненадолго использовать – приближаясь к планете Земля; проходя по грязной хижине. Кем мы будем? Рано или поздно нам нужно кем-то стать, потому что если мы не находимся внутри персонажа, мы не будем внутри истории.

Как засунуть аудиторию в персонажа? Легко. Покажите его. Вам придется постараться, чтобы удержать аудиторию от соотнесения с ним. Это может быть енот, бомж или президент. Просто наведите на него фокус – и мы теперь он, пока не будет варианта получше.

Если есть варианты, аудитория выберет себе кого-то, с кем она соотносит себя. В спорных случаях выбор за жалостью. Покажите енота, преследуемого медведем, и мы теперь енот. Покажите комнату, полную послов. Президент входит и спотыкается об ковер. Мы – президент. Когда вам кого-то жалко, вы пользуетесь той же частью мозга, которая помогает идентифицироваться с ними.

Множество современных историй в начале перескакивают от персонажа к персонажу, пока мы наконец-то не устроимся в ком-нибудь поудобнее. Прыжки могут быть эффективными, но если они будут занимать больше 25% всей вашей истории, вы потеряете аудиторию. Как клей, наше чувство идентичности слабеет с каждым разом, когда его переключают или проверяют. Чем дольше оно застревает на чем-то, тем резче нужно его отрывать и цеплять к чему-то еще.

На вашем месте я бы не валял дурака. Самый легкий путь – взять в фокус персонажа, который всегда делает то же, что и аудитория. Он может быть ассасином, он может быть енотом, он может быть паразитом, живущим в печени енота, но заставьте его поступать так, как поступила бы аудитория в той же самой ситуации. В «Крепком орешке» мы фокусируемся на Джоне Макклейне, пассажире самолета, который не любит летать.
2. «Нужно» – ЧТО-ТО НЕ ТАК
И вагонетка американских горок достигла первой вершины. Щелк, щелк, щелк...

Здесь мы показываем, что что-то не так с балансом вселенной – не важно, насколько она большая или маленькая. Если это история о войне между Землей и Марсом, самое время показать марсианские корабли, направляющиеся к нашей мирной планете. С другой стороны, если это романтическая комедия, может, наша героиня сидит на плохом свидании вслепую.

Нам показали, что вещи не идеальны. Могли быть и получше. Тут персонаж может поинтересоваться вслух или выразить своей мимикой, почему это он не может быть круче, или богаче, или быстрее, или любимее. Это желание осуществится таким путем, о котором персонаж не мог и подумать.

Так же здесь может проявиться более буквальный, внешний «Зов к странствиям» – в лице таинственного посланника, объясняющего владельцу химчистки, что его вызывает ЦРУ.

Частенько протагонист «отказывается от зова». Он не хочет переходить к третьему шагу. Он счастлив быть владельцем химчистки (или так думает). «Отказ от зова» не обязательный ингредиент, это еще один старый трюк, чтобы держать нас на поводу идентичности. Мы все боимся перемен.

Помните: Зов к странствиям не обязательно исходит от настоящего посланника, и желания не должны высказываться вслух.

Фокус на кроткого мужчину, сидящего за рулем машины. Идет дождь. Бах. Колесо спустило. Он пытается не вылететь в кювет. Останавливает машину на обочине. На его лице виден страх. Он смотрит через окно машины, как лупит дождь...

Или вернемся к «Крепкому орешку»: мы понимаем, что у Джона проблемы в браке. У жены появилась хорошая работа в Лос-Анджелесе, и он отказался переезжать туда с ней. Теперь он навещает ее на Рождество. Она использует свою девичью фамилию в корпоративном справочнике. Они ссорятся. Все не так, и если бы вы могли прочитать мысли протагониста, вы могли бы понять его желание спасти брак...
3. «Идти» – ПЕРЕСЕЧЕНИЕ ПОРОГА
О чем ваша история? Если она о женщине, бегущей от киборга-убийцы, то до сих пор она от него не бежала. Теперь самое время. Если ваша история об одержимости, в этой точке наш герой впервые видит объект своей страсти. И опять же, если наш протагонист сам является объектом навязчивой идеи, одержимость была бы вторым шагом, и именно здесь парень говорит девушке что-то очень-очень криповое в коридоре офиса. Если это история о взрослении, это может быть первый поцелуй или первый волос под мышкой. Если это слэшер, то первое убийство или первый найденный труп.

Самое главное – выяснить, какой у вас «рекламный постер». Что бы вы прорекламировали людям, чтобы те пришли выслушать вашу историю? Акула-убийца? Далекий космос? Мафия? Настоящая любовь? Все серо в этом цикле, в нижней половине – «особый мир», куда отправляются кинозвезды, а над этой линией – «обыкновенный мир». Шаг 1, вы – шериф в маленьком городке. Шаг 2, странные следы от укусов на теле жертвы. Шаг 3, срань господня, это оборотень!

Вы помните из части 2, что на самом деле здесь происходит путешествие в наш собственный мир бессознательного, где мы можем разобраться со своими проблемами. Ребенок просыпается – и теперь он Том Хэнкс. Его желание стать «большим» исполнилось. Террористическая атака на рождественской вечеринке, и теперь у Джона Макклейна появился шанс спасти свой брак. Нео приходит в себя в чане с соплями в мире, управляемом машинами. Его желание из обыкновенного мира быть хакером и сражаться со системой будет подвергнуто испытанию. Парень с суицидальными наклонностями начинает посещать психотерапевта. Мы узнаем, почему он пытался покончить с собой.

Не важно, насколько мал или велик масштаб вашей истории; важно количество контрастов между этими мирами. В нашей истории о мужчине, меняющем шину под дождем, до сих пор он не менял шину. Он находился внутри сухой машины. Теперь он открывает дверь машины и встает под проливным дождем. Приключение, независимо от его размера или виртуозности, началось.
4. «Искать» – ПУТЬ ИСПЫТАНИЙ
Кристофер Воглер называет эту фазу художественного сценария (feature script) «Друзья, враги и союзники». Заурядные продюсеры – «Этапом подготовки». Мне больше нравится название Джозефа Кэмпбелла, «Путь испытаний», так как он менее конкретный.

Я видел слишком много фильмов, где мы тратили время на героя, в буквальном смысле «проходящего подготовку» на лесной поляне, потому что кто-то посчитал это необходимым ингредиентом. Смысл этой части круга в том, что наш протагонист был брошен в воду, и теперь либо потонет, либо поплывет.

В «Тысячеликом герое» Кэмпбелл на самом деле вызывает образ пищеварительного тракта, ломая героя, избавляя от неврозов, очищая от страха и желаний. Чепухе нет места в подвале бессознательного. Ингалятор от астмы, очки, кредитные карточки, мажорные бойфренды, повышения, парики и сотовые телефоны тут вас не спасут. Цель здесь на удивление и пугающе проста.

В «Романе с камнем» Майкл Дуглас отрубает каблуки у дорогущих туфель Кэтлин Тернер с помощью мачете. Затем он бросает ее чемодан с обрыва. Если она собирается выжить в этих джунглях, ей и вправду нужно сбросить багаж и перестать быть пижонкой.

В «Крепком орешке» Джону Макклейну дает совет террорист, которого он ранее пощадил: «В следующий раз, когда выпадет шанс убить кого-то, не раздумывай». Джон стреляет в него несколько раз и благодарит его труп за совет. Коп начинает исчезать, кусок за куском, являя его внутреннего ковбоя.

Мужчина под проливным дождем открывает багажник, показывая кучу белья и мусора от фастфуда. Он пытается сгрести его в сторону, но в конце концов его отчаяние берет верх и он начинает бросать вещи через плечо, вываливая содержимое багажника на обочину.

Мы направляемся к глубочайшему уровню нашего бессознательного, и мы не можем достичь его, пока не избавимся от всего хлама, который мы привыкли считать важным.
5. «Найти» – ВСТРЕЧА С БОГИНЕЙ
Путь испытаний должен подготовить вашего протагониста ко встрече. Как один-единственный сперматозоид достигает яйцеклетки, так и ваш герой-в-процессе только что обнаружил то, что искал, хотя это оказалось и не совсем то, о чем он думал.

Я пользуюсь выражением «Встреча с богиней», потому что Джозеф Кэмпбелл думал об этих вещах дольше и больше, чем я. Сид Филд зовет ее «Средней точкой». Емко! Роберт Макки, вероятно, использует термин "the nexus of inclination" или чем-то в этом роде. Если я не ошибаюсь, афроамериканцы зовут ее Кванзой.

Как ни назови, это совершенно особая поворотная точка. Если вы посмотрите на круг, вы увидите, что я поместил богиню в самый низ, прямо по центру. Представьте, что ваш протагонист начал с верха и скатился по пути вниз. Тут поработала присущая вселенной тенденция тянуть вашего протагониста книзу, и на время X мы испытываем невесомость. Сюда все нисходит. Это время главных откровений и полной уязвимости. Если вы пишете триллер с сюжетными поворотами, делайте ваш поворот здесь – и делайте его крутым.

Поворот или нет, но это также порог, где все его прошедшее примет иное направление (а именно ВВЕРХ), но заметьте: здесь нет насильственного принуждения и протестных криков. Здесь герой зависает. Он примет решение и затем начнет восхождение.

Представьте, что вы стоите на пирсе (1). Вы видите под водой мерцание и любопытствуете, что бы это могло быть (2). Пытаясь его рассмотреть, вы падаете с пирса (3). Вы погружаетесь все глубже (4), пока не достигаете дна озера и не видите, что же отражало солнечные лучи.

(5) Это человеческий череп.

(5) Это ожерелье.

(5) Это крохотный древний инопланетный корабль.

(5) Это четвертак. Номиналом в 25 центов.

Это может быть все что угодно, хорошее или плохое. Часто это и то, и другое. В крутом детективе или приключениях Джеймса Бонда может быть даже более буквальная, интимная «встреча» – если вы понимаете, о чем я, – с могущественным, таинственным женским персонажем. Это отличное время для секса или интрижки с горячей цыпочкой, особенно если ваш протагонист последние полчаса уделывал всех встречных кунг-фу приемами (или, в случае Channel 101, последние 60 секунд).

Но богиня не обязана быть роковой женщиной или ангельским созданием. В полностью мужской или женской игре, которая разворачивается за покерным столом, «богиней» может быть признание персонажа, что он потерял работу. Богиня может быть поступком, идеей, оружием, бриллиантом, местом или просто минуткой свободы от монстра, который продолжает за тобой гнаться.

В «Крепком орешке» Джон Макклейн, пробежавший по разбитому стеклу, сидит в ванной и ставит свою окровавленную ногу в раковину. В этот момент он наконец осознает истинный масштаб своей любви к жене и что он делал не так в своем браке. Он (1) был слишком упрям (2). Он использует свою портативную рацию, полученную в шаге (4), чтобы оставить сообщение жене от своей великодушной, счастливо женатой, пугливой половины: «Она много раз слышала, что я ее люблю... но никогда не слышала "Прости"».

Недостаточно прорубить себе путь при помощи символа после невротического символа. Рубилово было процессом, процесс закончен, даже если временно, и мы достигли второго большого поворота.

Определение «большой» зависит, конечно же, от диаметра вашего круга. Наш застрявший, промокший под дождем водитель закончил опустошать содержимое своего багажника на обочине. Он видит запасную шину и издает очень тихий и быстрый вздох облегчения. Это все. Это история о мужчине, меняющем шину. Это та богиня, которая была нам нужна.

Вы могли заметить, что пересечение порога (3) противоположно (7) – возвращению; встреча с богиней (5) противоположна (1), зоне комфорта протагониста. Думайте об (1) как о материнских объятиях, какой бы негодной она ни была. (5) это новая форма матери, ее бессознательная версия, и часто здесь возникает соблазн остаться. Как в том доме эльфийского парня во «Властелине колец».

Это очень, очень важно. Движение за (5) происходит благодаря усилиям воли протагониста. Воды, где сирены поют свои чарующие песни, были полны обломков кораблей. Богиня может быть погибелью или вечным покоем для не-героев. Джеймс Бонд может крутить шашни, но он не может этим заниматься целый день. Опасная киска может убить его своей изрыгающей огонь помадой или еще чем-то.

В (1) мы находились в объятиях матери, но были изгнаны (2) тягой к отцу. Недостача, желание, чувство незавершенности, исходящие как изнутри, так и снаружи, приводит нас к (3), и мы выброшены за порог, в неизвестность. Тогда мы превратились из (4) в (5), противоположность маминого сынка: в дамского угодника.

Повторюсь, это применимо не только к историям о мужчинах, у которых случается секс. Если это история о юной бедняжке (1), которая мечтала стать богатой (2) и была удочерена миллионером (3), то чтобы привыкнуть к новому образу жизни (4), она должна стать модницей (5). Покажите это как значимый момент. Может, хорошо, если она будет уезжать из приюта на собственном лимузине.
6. «Присвоить» – ВСТРЕЧАЙТЕ СВОЕГО СОЗДАТЕЛЯ
Как вы и можете ожидать в круговой модели, как эта, здесь много симметрии, и в путешествии обратно наверх мы будем совершать много действий, соотносящихся с путешествием вниз.

Как (1) и (5) очень материнские, феминные, уязвимые моменты, (2) и (6) очень отцовские, маскулинные, активные моменты, независимо от пола протагониста.

Подумайте над тем, что произошло в (2). Дела были «в порядке» (1), но шли недостаточно хорошо. Именно поэтому мы попали в переплет.

В «Настоящем гении» (я сейчас правда увлечен классикой) придурковатого паренька привлекают к специальной программе в колледже по созданию мощного лазера (2). Он становится соседом своенравного гения, который главным образом занят тусней на вечеррррринках (3). На одной из них тусовщик учит Дорка расслабляться, пока Дорк учит его концентрироваться (4), и в результате они могут усовершенствовать свой лазер (5) и собрать престижные награды. Но погодите-ка, вопрос ребром от ботана, который живет в бункере: а для чего лазер-то? Почему они должны его создать по особым инструкциям? Что этот криповый, ненавидящий попкорн профессор задумал? Конечно, они могли остаться в пиццерии, заботясь о собственном благополучии. Но опять же, они бы мало чего добились, будь они безрассудными. Время начать возвращение в реальный мир и сделать все правильно, в своем уникальном стиле.

У этого решения есть весьма значительные последствия. По факту, в хорошем боевике нашему парню тут дают люлей. Робокоп, вооружившись признанием Кларенса Боддикера, направляется прямиком в офис Дика Джонса, вице-президента компании, что его построила. Он пытается арестовать человека, который им владеет, только чтобы обнаружить, что он этого не может. Это идет вразрез с его программой. Милый человечек Алекс Мерфи (2) может, а бронированный Робокоп фабричного производства – нет. Иронично, учитывая, что подсознательно Мерфи хочет (2) стать пуленепробиваемым героем (TJ Laser). Между его чисто механическим братом, ED-209, и чисто человеческими братьями, введенными в заблуждение полицейскими, натравленными на него, Робокоп едва выбирается из отцовского замка целым.

Чтобы вы не думали, что такие моменты присутствуют исключительно в боевиках, давайте взглянем на почти идентичную сцену, которая была в «Телесети» – едва ли не лучшем киносценарии вообще. На данном этапе истории Говарда Била, из ведущего новостей превратившегося в пророка, проводят в зал заседаний, где он сталкивается лицом к лицу со своим создателем: директором компании, которая владеет телесетью, Артуром Дженсеном (сыгранным Недом Битти). В лучшим из написанных и сыгранных монологов 20 века Дженсен открывает Билу, что капитализм это Бог, Бог и есть капитализм, и насолив Богу, Бил должен искупить свою вину.

Никаких роботов, никаких взрывов, та же структура.

Все потому, что у этой половины круга есть свой путь испытаний – дорога обратно. Та, что уходит вниз, готовит тебя к ложу богини, а та, что ведет вверх, готовит тебя вернуться в обыденный мир.

Смирившись со своим браком (5), Джон Макклейн теперь хочет узнать, почему Гансу Груберу, главарю террористов, позарез нужны были детонаторы. Он возвращается на крышу и обнаруживает, что вся верхушка небоскреба готова взлететь на воздух. Это осознание имеет последствия (6): здоровый блондин-террорист – ED-209 для Робокопа Макклейна – нападает на него, и теперь они будут биться не на жизнь, а насмерть. Разделаться с Блондинчиком – первый шаг. Испытания на пути сыпятся одно за другим. К тому времени, как протагонист достигает (7), пропадут последние крохи его прошлой личности и он совершит то, что Кэмпбелл называет «Примирением с отцом». Отец здесь – абсолютно безличная, безразличная вселенная, обычно воплощенная в боевиках в плохом парне (который часто говорит в более арочных фильмах: «Ничего личного. Просто бизнес»).

В любовном романе эта та часть, где они расстаются. Тут появляется щетина, грязная посуда, закрытые шторы. Глубже, глубже, в суицидальную депрессию. Скучные отношения с гипотетически лучшим партнером. И в конце концов, понимание, что нет ничего важнее, чем он или она.

Когда вы понимаете, что что-то важно, по-настоящему важно, существенно более важно, чем ВЫ, вы становитесь хозяином своей судьбы. В первой половине круга вы реагировали на силы вселенной, адаптировались, изменялись, искали. Теперь вы СТАЛИ вселенной. Вы стали тем, что заставляет вещи происходить. Вы стали живым Богом.

В зависимости от масштаба вашей истории, «живой Бог» может быть парнем, который способен поменять шину под дождем. Или, как в «Крепком орешке», парнем, который может появиться на крыше, с легкостью обезвредить террористов и провести 50 заложников в укрытие, уворачиваясь от выстрелов из вертолета ФБР.
7. «Вернуться» – ОТПРАВЛЕНИЕ ДОМОЙ
Для каких-то персонажей это просто, как обнять Страшилу на прощание и проснуться. Для других в этом месте появляется спасательная команда и вытаскивает их – то, что Кэмпбелл называет «Спасением извне». В истории про замену спущенной шины под дождем это возвращение персонажа обратно в машину.

Для некоторых это непросто, поэтому Кэмпбелл также зовет это «Волшебным бегством».

Обитатели глубин хотят выпустить людей из подвала не более, чем люди наверху хотели вас туда пускать. Уроженцы сознательного и бессознательного миров оправдывают свои действия любыми средствами, но в конечном счете их цель – держать два мира разделенными, что включает в себя не давать людям их видеть и выжившим рассказывать об этом.

Самое время для погони. Или, в любовном романе, осознав самое важное, герой пулей вылетает из своей квартиры на улицу. Самолет его возлюбленной отправляется в Антарктику через ДЕСЯТЬ МИНУТ! Джон Маккейн, кто в шаге (1) боялся летать, обвязывает пожарный шланг вокруг своей талии и спрыгивает со взрывающегося здания, затем стреляет в огромное окно, чтобы он мог выбить его своей окровавленной ногой.

Как ни странно, вскоре он обнаружит себя в той самой комнате, где проходила та рождественская вечеринка.
8. «Измениться» – ВЛАСТЕЛИН ДВУХ МИРОВ
В боевике здесь гарантированно происходит финальная схватка. В судебной драме идет сокрушительный, грандиозный перекрестный допрос, который приводит убийцу к слезливой исповеди. В любовном романе мужчина бежит по взлетной полосе, останавливает выруливающий на нее самолет, забирается на борт и говорит возлюбленной:

«Когда я впервые тебя увидел, я подумал, что ты само совершенство. И я привык к твоему совершенству, и все было прекрасно, но потом я обнаружил, что ты несовершенна, и мы расстались, и я понял, что я несовершенен тоже. Никто не совершенен, и мне не нужна совершенная личность, мне нужна ты. Давай жить вместе. Я посплю на грязном белье. Оставь свою кошку, я буду принимать таблетки от аллергии. И когда ты состаришься, я буду менять тебе подгузники».

И тогда, разумеется, сидящая рядом старушка и/или темнокожий здоровяк с любопытством взглянет на его возлюбленную и спросит: «Ну, чего же ты ждешь? Иди с ним!»

Откуда у старушки или темнокожего здоровяка такая реакция? Потому что протагонист, независимо от масштабов, теперь меняющий мир ниндзя. Он побывал в странном месте, он к нему адаптировался, он открыл истинную силу и теперь он там, откуда начал, навсегда изменившийся и способный к переменам. В любовном романе он способен любить. В кунг-фу истории он способен сделать кунг любому фу. В слэшере он может выпотрошить самого потрошителя.

Изящный ход, чтобы напомнить аудитории, почему протагонист способен на такое, описан ниже. В случае сомнений взгляните на противоположную сторону круга. Сюрприз-сюрприз, противоположностью (8) будет (4) – путь испытаний, где герой собирался с силами. Помните зажигалку, что ему дал бомж? Она остановила пулю! Это чит, но это чит лишь потому, что он сработал уже бесчисленное количество раз. Хватайте его, деконструируйте, создайте свою версию. Вас вроде не особо беспокоила формула с заикающимся парнем (4), читающим превосходный монолог (8) во «Влюбленном Шекспире». Это то же самое. Помните то племя безумных до комичности индейцев, с которыми мы подружились (4), ударив их самого здорового воина по яйцам? И теперь, в (8), когда нас почти победил плохой парень, эти сумасшедшие сукины дети проскакали из-за холма и спасли нас. Почему это не Deus Ex Machina? Потому что мы это заслужили (4).

Все думают, что «Матрица» стала успешной из-за новых американских спецэффектов в сочетании со старым гонконгским бутлегерским стилем. Они были в тему, но для примера того, насколько они уместны сами по себе, посмотрите чертов сиквел. Признайтесь: это хрень полная. Сценаристы «Матрицы» говорили в интервью, что они собрали фильм из элементов своих любимых фильмов. Они хотели сделать фильм, который хотели посмотреть сами. Вот это да. Они подчинились своим инстинктам, тому, что гарантированно, как они знали, сработает, и в результате они сделали то, что люди инстинктивно делают: они рассказали инстинктивно удовлетворительную историю об обыкновенном парне (1), который отвечает на странный звонок (2) и, следуя ему, понимает, что реальность есть иллюзия (3). Он узнает, что к чему (4), говорит с оракулом (5), теряет наставника (6), возвращается (7) и спасает положение (8). Оно не идеально, особенно в третьем акте, но попробуйте определить шаги в «Матрице: Перезагрузке». Вооружитесь логарифмической линейкой. Возьмите чашку кофе. Вам предстоит долгая, кропотливая работа.

В «Крепком орешке» после убийства всех террористов – с каждым разом сбрасывая все больше невротического груза – Макклейн предстает, целый и невредимый, перед своей женой. Осталась одна проблемка. Ганс Грубер, бессознательная теневая версия Джона (а «Ганс» это немецкий «Джон»?), тоже здесь, «последовавший» за ним в обыкновенный мир, как и положено тени. Он приставил пистолет к ее голове. И с ним еще один головорез – ну, тот, который играл «Ника-Члена» в «Мальчишнике» (кто бы мог подумать, что он продержится так долго?)

Иногда Босс Хог не останавливается на границе округа. Иногда инопланетянин забирается в вашу спасательную капсулу, или тираннозавр рекс принимается разгуливать на заднем дворе. Это может случиться скорее в более ориентированных на экшен историях о жизни и смерти, где пересечение порога было довольно неприятным. Может начаться бардак. Если хотите, вы можете привнести немного хаоса по ту сторону портала. Миры могут сталкиваться. Как для Одиссея, обнаружившего по возвращении 50 мужиков в очереди трахнуть его жену, пришло время навести порядок.

К счастью, Настоящий Джон по сюжету усвоил все уроки, пока Теневой Джон тратил время, лелея свое мелочное эго. Настоящий Джон, в частности, выучил, что иногда, чтобы победить, нужно сдаться. Он выходит из-за угла со своим автоматом из другого мира, ему приказывают его бросить. Теперь Теневой Джон в (8) думает, что у него есть то, что так нужно Настоящему Джону: контроль. Жена Джона у него в заложниках. И, конечно, как прилежный злодей, Ганс никогда бы не отказался от возможности позлорадствовать, пока он наводит свой пистолет на Джона.

Но автомат Джона пуст. Он зарядил две последние пули из бессознательного мира в старый сознательный нью-йоркский фаллос-пистолет, тот, который был с ним в самолете, тот самый, что сейчас приклеен к его спине... (гребаный стыд) рождественским скотчем. Окей, до сих пор это был довольно неплохой сценарий. Так или иначе, Джон выхватывает спрятанный пистолет, стреляет Теневому Джону в его черное непреклонное немецкое сердце, стреляет Нику-Члену в лоб и, так как его жена и Ганс почти выпали из разбитого окна, Джон способен раз и навсегда высвободить свою любовь, расстегнув застежку «Ролекса», подаренного ей яппи-кокаинщиком. Часы вместе с Гансом падают вниз, директор из «Клуба „Завтрак"» говорит: «Надеюсь, это был не заложник», и так заканчивается величайший боевик 20 века.

Ну, не совсем. Порядочный, болтливый, безропотный, комичный черный шофер должен вырубить неправильного, суперодаренного, нахального черного компьютерного хакера, тем самым выставляя рабство более героическим, чем терроризм, и восстанавливая безопасность белого сообщества. Также детоубийце и трусливому лос-анджелесскому копу придется сразить нововоскрешенного террориста-Блондинчика, заново знакомя себя с фактом, что иногда убийство правильной персоны может стать жизнеутверждающим актом.

Тем временем наш менявший шину герой заводит машину и направляется домой, чтобы рассказать жене свою историю.

История хорошая? Стоящая ТВ или кино? Нет, конечно. Но история о замене шин содержит минимум необходимого. Сравните ее с той, где мужчина останавливает машину на обочине, оборотень открывает дверь и сжирает его. Конец. Теперь у вас есть последовательность событий с оборотнем и другая без него. Которая из них рассказывает историю? Не важно, насколько по-вашему круты оборотни, вы инстинктивно знаете ответ.

Вы все это знаете инстинктивно. Вы – рассказчик. Вы таким родились.
comments powered by HyperComments
Made on
Tilda